Можно вылечить гепатит с при вич

Антиретровирусная терапия online

Калькуляторы

Сайт предназначен для медицинских и фармацевтических работников 18+

ВИЧ + гепатит С. С чего, и когда начать лечение?

Здравствуйте! Мне врач сказала, что пока гепатит С не надо лечить, сначала нужно начать АРВТ, чтобы поднять клетки СД4. У меня их 217, а вирусная нагрузка 50000. Фитолечение врач сказал прекратить, т.к. это может усугубить снижение клеток (пил травы и настойку иммунал). Скажите, пожалуйста, какие пить витамины, сделать может быть привики: от гепатит В,от гриппа? Говорят, что при СД4 около 200 ед. у терапии много побочных действий, так ли это? Спасибо.

добрый день.
хотелось бы подобрать схему лечения гепатита С. генотип 1В, фиброз 3-4 стадии.
ВИЧ, выше 700 клеток, калетра+олитид+ламивудин.

Добрый день, коллеги.
Буду очень признателен за второе мнение, так как ситуация зашла фактически в тупик, из-за отсутствия прописки — лабораторные исследования есть все, на примем к специалисту попасть невозможно.

Пишу как можно короче.

Пациен 22 года
ВИЧ стаж 3 года, лечение 1,5 года схема TFD+FTC+EFV
фев. 2017 ВН не определяемая / ИС 850
ноя. 2017 ВН — 100 копий/мл / ИС 1000 (за месяц до анализа был пропуск терапии 2 приема)
ОАК в пределах нормы

В ноябре 2017 при плановом обследовании диагностирован
гепатит С
anti-HCV-total + (core + NS3 + NS4 — NS5 — )
РНК HCV + (чувствительность 370 копий/мл)
IgM HCV +
Тип определен как 1b
РНК НСV кол. не обнаружено (чувствительность 1200 копий / мл)
ОАК в пределах нормы
АСТ ЛСТ биллирубины в пределах нормы
Самочувствие нормальное

Еще одной постоянной проблемой является
хроническое воспаление миндалин (в размерах больше перепелиного яйца)
ЧСС 90, АСЛ-О, С-РБ постоянно повышен в несколько раз (на протяжение 2-х лет)
Высеять что-либо не удалось кроме S. bovis
Во время лечения антибиотиками показатели не меняются.

1. Кто должен осуществлять лечение в данной ситуации, специалист спид-центра или гепатолог?

2. Наблюдать ли дальше за уровнем ВН ВИЧ (если да то когда целесообразно провести измерение ВН) или требуется менять схему, тем более с учетом препаратов ПВТ гепатита?

3. Какие могут быть рекомендации по началу терапии гепатита С (1b)
с учетом ВИЧ, а так же учетом
наличия IgM + , и отсутствию NS4 NS5, вирусной нагрузки HCV на пороге определения? На сколько я понимаю это еще не ХГС?

4. Терапевт и ЛОР рекомендуют тонзиллэктомию, можно ли ее проводить, если да то когда и при каком статусе по вич и гепатиту?

5. Буду признателен за любые другие рекомендации.

Клинические аспекты гепатита C у ВИЧ-инфицированных

Н.П.Блохина, Клиническая инфекционная больница № 1, Гепатологическии центр, Москва

До недавнего времени у ВИЧ-инфицированных пациентов развитие оппортунистических инфекций при падении уровня CD4+ лимфоцитов ниже критического уровня ограничивало ожидаемую продолжительность жизни [1]. Вследствие этого наличие других заболеваний, в частности, хронических гепатитов, представляло собой менее актуальную проблему, так как большинство пациентов погибало до того, как эта патология начинала оказывать серьезное влияние на состояние их здоровья. Однако внедрение в конце 80-х годов высокоактивных антиретровирусных препаратов и широкие возможности предотвращения большинства распространенных оппортунистических инфекций способствовали удлинению бессимптомного периода и существенному повышению выживаемости ВИЧ-инфицированных пациентов [2].

Изменение в последние годы спектра патологии, ассоциирующейся с ВИЧ-инфекцией, означает, что для ВИЧ-инфицированных лиц принципиальное значение приобретают заболевания, не игравшие прежде существенной роли. Среди таких заболеваний важное место занимают вирусные поражения печени, в частности хронический вирусный гепатит С (ХГС). ВИЧ и синдром приобретенного иммунодефицита оставляли в тени гепатит С в течение многих лет. В настоящее время ХГС все в большей степени определяет заболеваемость и смертность ВИЧ-инфицированных больных [3,4].

Коинфекция вирусом гепатита С (ВГС) и вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) достаточно распространена, главным образом потому, что вирусы имеют общие пути передачи. По данным различных авторов, распространенность ВГС-инфекции среди ВИЧ-инфицированных пациентов варьирует от 33 до 59% [5,6,7], а улиц, употребляющих внутривенно различные наркотические средства, может превышать 80% [8].

В результате взаимного влияния ВИЧ и ВГС друг на друга у коинфицированных больных могут наблюдаться серьезные клинические последствия.

1. Влияние ВИЧ-инфекции на ВГС
Прежде всего, ВИЧ может затруднить лабораторную диагностику ВГС-инфекции у части пациентов. Получению ложноотрицательных результатов исследования антител к вирусу гепатита С (анти-HCV) методом ИФА способствует состояние иммунодефицита, обусловленное наличием ВИЧ-инфекции [9,10]. Уровень же СД4+ клеток

Лечить или не лечить пациентов с гепатитом С?

Читайте также

Специалисты прогнозируют: если не начать лечить хронические вирусные гепатиты, то в 2017-2021 годах нужно быть готовыми к увеличению вдвое смертности от гепатита С. Период 2012-2016 годов они называют пиком уровня смертности от гепатита В. Ежегодно болезнь, которую можно вылечить, уносит жизни 2000 петербуржцев – вдвое больше, чем ДТП.

8 комментариев Оставить комментарий

Отличная информация, об опыте лечения хронических гепатитов всех генотипов в системе ОМС в московской области желательно узнать подробнее

В Саратове гепатит С вылечить бесплатно нереально. Объясняется просто — нет финансирования. Задала вопрос на личной странице министра здравоохранения Саратовской области Данилова Алексея Николаевича, а в ответ — тишина. Наш министр не посчитал нужным даже ответить.

И КОГДА ЖЕ ВЫПУСТЯТ ТЕ САМЫЕ 100%ТАБЛЕТКИ ОТ ГЕПСА? В МАГНИТОГОРСКЕ НЕТ БЕСПЛАТНОГО ЛЕЧЕНИЯ. 1ГЕНОТИП ЛЕЧИТЬ (300Т.Р) ОТЕЧЕСТВЕННЫМИ ПРЕПАРАТАМИ КАК Я ПОНЯЛ НЕТ СМЫСЛА -ТОЛЬКО ДЕНЬГИ НА ВЕТЕР А ЗА 600-700 Т.Р ПРОСТО НЕ РЕАЛЬНО ИХ ПРОСТО НЕТ И КАК БЫТЬ В ТАКОЙ СИТУАЦИИ.МНЕ 34ГОДА

гепатит с им умышленно заражают врачи в гос больницах ,это огромный бизнес врачей сами заражают потом сами за большие деньги лечат всю жизнь,я с этим с толкнулся в двух крематориях больницами я их назвать не могу,они мне всю жизнь сломали,дети потеряли отца ,я возможность вернуть семью,сколько людей,сколько судеб и жизней эти мрази погубили,люди гибнут как на воине от этих******* и о своих бабских делах спокойно разговаривают ,скажите люди они,ну не че есть бог на свете каждой ***** дастанится по грехам ее. Часть комментария отредактирована модератором

Виктор, вы . ( отредактипую без модератора) либо, извините, не здоровы психически. Даже слов нет, хоть одному врачу, тем более их гос.больницы, достанутся эти большие деньги? На себя гляньте, прежде чем винить кого то. Не надо травить самого себя своим ядом. Халатности — море, передаю привет той стоматологии, что разбила жизнь мне и любимому.

Халатность,отношение к работе,и.т.д и всё хорошее чему не научили в детстве родители,а потом и жизнь усугубила!Те кто хотел распространить эту заразу. конечно понимают нашу мед.действительность!А вирусы(точнее мутации) которые мы имеем за последние годы-это лабораторные эксперименты,по разным причинам проведённые(и во благо тоже)Вопрос у кого они в руках?Вирусы существуют с . понятно до человека!Но вдруг мы их начали видеть!Началась паника,и торговля,огромный рост корпораций и расширением их комерч. деятельности.Процесс запущен нашлось слабое место человечества,-жизнь долгая,и без ограничений!Теперь мы все -«Под колпаком у Мюллера!»Не надо,бояться болезней,остерегаться конечно,но надо помнить человек может себя лечить,и излечивать прежде всего чистотой помыслов cвоих,учить детей своих праведному существованию.Дети вот кто сможет это всё -,остановить!Каждый из нас виноват в этом,те кто открывают стоматологические кабинеты,в каждом доме(кто их контролирует?),чиновник который имеет с этого просто не думает .что его дети и внуки вымрут от этих вирусов,но он же не думает об этом,хотя работает на их будующее!?Каждый из нас кто хочет взять лишнего,солгать,обидеть,и далее по заповедям,-каждый виноват. Россия мне так кажется единственная в мире страна,-которая и географически и религиозно должна справляться с этими»вирусами»и медико и социологическими и .т.д. Мы, каждый из нас решает свою судьбу,сильные духом выживут,слабые миллионщики вымрут как вид!А до тех пор мы бесконечно будем бороться с вирусами,они и подвергают мутации,потом лекарство от них,и по новой!Надо понять болезнь,-это испытание!От Бога!И главное хорошие люди всегда будут.

Новый препарат вышел даклинза произ-во США. Но он дорогой. Лечит гепатит С , 1 генотип даже с церрозом в течении 3 месяцев. Сибистоимость препарата 2 дол. 1таб. А у нас коробка стоит 13 000 дол.

У меня с 2006 года гепатит С (1 генотип) и ВИЧ 4В принимаю ВАРТ CD4-560 .Третий год хожу по кабинетам Центра СПИД на обводном канале в санкт петербурге.Ответ один-Пока не начнётся цероз лечения не будет. А когда он начнётся будет уже позно. залечат на кладбище. Одна писанина.

Можно вылечить гепатит с при вич

Межрегиональная общественная организация
содействия пациентам с вирусными гепатитами

Некоторые люди, страдающие ВИЧ-инфекцией, заражены также вирусом гепатита В. Сочетание нескольких вирусных заболеваний называется коинфекцией. Это происходит потому, что пути передачи обоих вирусов одинаковы — заражение обоими инфекциями происходит через кровь. Наиболее вероятные пути передачи: переливание непроверенной зараженной крови, совместном использовании шприцов, суальные контакты. Риск инфицирования вирусом гепатита В возрастает в случае, если пациент страдал другими заболеваниями, передающимися половым путем, в особенности теми, которые сопровождаются язвенными дефектами на половых органах (например, сифилис, герпес).

ВИЧ – вирус иммунодефицита человека – нарушает работу иммунной системы, которая помогает организму бороться с инфекцией. ВИЧ поражает лимфоциты, главные клетки иммунной системы. Выраженное нарушение иммунного статуса на поздней стадии ВИЧ-инфекции называется СПИДом (синдромом приобретенного иммунного дефицита человека).

Влияет ли коинфекция гепатитом В на течение ВИЧ-инфекции?

Да, и, главным образом, это связано с тем, что большая группа препаратов, использующихся для борьбы с ВИЧ, связана с обменными процессами в печени. И это значит, что если функция печени нарушается, как это бывает, например, при циррозе, требуются изменения в схемах лечения. К тому же эти лекарства могут быть токсичными для печени.

Влияет ли коинфекция ВИЧ на течение гепатита В?

Да. Поражение ткани печени при гепатите В тесно связано с двумя основными процессами:

  • воздействием посредством иммунных реакций, которые происходят при внедрении вируса гепатита В в организм
  • прямым повреждающим действием вируса на клетки печени

При ВИЧ-инфекции деятельность иммунной системы нарушается. Это приводит к тому, что, с одной стороны, подавляются иммунные реакции, вызванные вирусом гепатита В. В анализах уровень АЛТ при этом невысок. С другой стороны, количество вируса гепатита В увеличивается, растет вероятность прямого токсического воздействия на клетки печени.

Прогрессирование гепатита В с исходом в цирроз у ВИЧ-инфицированных пациентов происходит чаще. Даже несмотря на то, что уровень АЛТ может оставаться невысоким, а в ткани печени – не выявляться значимое воспаление.

Лечение коинфекции гепатита В и ВИЧ

Лечение ВИЧ-инфекции проводится несколькими противовирусными препаратами, в связи с чем ее исторически называют высокоактивной антиретровирусной терапией (ВААРТ). В настоящее время в России существует большое количество препаратов, которые объединены в несколько групп в зависимости от принципа действия. Среди них есть и те, которые обладают активностью в том числе в отношение вируса гепатита В, например, ламивудин. Таким образом, для лечения сочетанной инфекции используется комбинация препаратов: как тех, которые применяют для лечения ВИЧ-инфекции, так и тех, которые эффективны в отношение обоих вирусов.

Ознакомьтесь так же:  Народные средства лечения кератита

Иногда вначале рекомендуется проводить лечение гепатита В. В таких случаях используют препараты, активные только при гепатите В. Например, препараты интерферона, адефовир или телбивудин. При назначении последнего весьма высок риск развития мутации устойчивости у вируса гепатита В. Если результата (когда ДНК ВГВ не обнаруживается) достичь не удается, назначают лечение ВИЧ-инфекции.

Гепатит С — это СПИД?

На различных форумах медицинских тематик очень часто можно встретить один и тот же вопрос: «Гепатит С — это спид?», – то есть не являются ли они одним и тем же заболеванием.И хотя отрицательный ответ на такой вопрос для людей, имеющих медицинское образование, очевиден, все-таки имеет смысл задуматься, почему, собственно, появилась столь странная формулировка и что может быть общего между этими абсолютно разными (на первый взгляд) проблемами.

О возбудителях вирусов HCV и HIV

Разумеется, поясняя: гепатит С это СПИД или нет, следует особо подчеркнуть, что ВГС и ВИЧ (HIV) инфекция, часто ошибочно именуемая «СПИД» – два абсолютно разных инфекционных процесса, вызываемых разными возбудителями (для ВГС – это вирус HCV). К ВИЧ-инфицированию ведет заражение лимфотропным РНК-содержащим вирусом имунодефицита человека. На сегодняшний день пока (к сожалению) не существует препаратов, способных обеспечить полное освобождение организма от ВИЧ. Однако уже сегодня разработаны схемы приема лекарственных средств, позволяющих на многие годы оттянуть процесс появления опасных последствий подобного заражения.

При отсутствии же соответствующей терапии, в зараженном организме начинаются процессы, ведущие к постепенному разрушению механизма иммунных реакций. Следствием часто становится максимальная уязвимость заразившегося к инфекционным и онкологическим заболеваниям, с последующими нарушениями обменных процессов, заболеваниями органов дыхания и летальным исходом.

К весьма печальному финалу может привести и заражение ВГС. Если не принять вовремя соответствующие меры, следствием заражения HCV могут стать цирроз печени или даже гепатоцеллюлярный рак (ГЦР). Оба эти осложнения ВГС в конечном итоге приводят к смерти. Однако, в отличие от HIV, гепатит С поддается лечению. Уже существуют весьма эффективные схемы терапии, позволяющие заразившимся в 98% случаев полностью избавиться от HCV. То есть гепатит С и ВИЧ лечение также совершенно разное.

Что общего у ВИЧ и вирусного гепатита С?

Возвращаясь же к вопросу о сходстве и отличии ВИЧ и HCV, следует отметить, что хотя речь и идет о двух абсолютно разных возбудителях, тем не менее, оба вируса имеют сходные пути проникновения в организм. Именно поэтому ВГС медики часто называют «маркером» HIV: очень часто у пациентов с обнаруженным ВГС, вскоре диагностируется и ВИЧ.

Почему так происходит, несложно понять, изучив таблицу:

Изучив таблицу, не сложно убедиться, что речь идет о двух, совершенно разных инфекциях. Но тогда почему с такой регулярностью в сети появляются вопросы о возможном сходстве HIV и вируса ВГС? Причина, наверное, в идентичности условий заражения и выявленных групп риска. Именно из-за этого очень часто у заразившихся ВИЧ анализ крови показывает и присутствие HCV, и наоборот: при обнаружении в крови HCV, у этих же пациентов часто обнаруживается и ВИЧ.

Что делать при наличии двух инфекций? (гепатит С + ВИЧ)

Однако, если смертельно опасный ВИЧ пока не поддается лечению, от гепатита С вполне можно вылечиться, разумеется, если не упущено драгоценное время. Сегодня лечение гепатита С при ВИЧ инфекции проводится вполне успешно. Известно множество схем, разработанных специально для тех случаев, когда пациент одновременно инфицирован ВИЧ и HCV. В РФ работает специальная государственная программа по обеспечению лечения от вирусного гепатита С за счет госбюджета для граждан, одновременно инфицированных HIV и HCV.

Дело в том, что присутствие одновременно двух вирусов многократно осложняет ситуацию: «работа» HIV направлена на ослабление и разрушение иммунитета человека, действие же HCV направлено на разрушение клеток печени, от благополучного функционирования которой напрямую зависит исправность механизма наших иммунных реакций. Поэтому присутствие в крови сразу двух вирусов сводит к минимуму все шансы пациента на продление жизни.

То есть жизненно важно как можно скорее избавиться хотя бы от одного из вирусов. Поскольку HIV пока неизлечим, медики принимают все меры для того, чтобы освободить пациента от гепатита С. Но если до недавнего времени классической схемой лечения ВСГ считалась достаточно травматичная для организма интерфероновая терапия, то в последние несколько лет все более активно применяется терапия с использованием ПППД – разработанных в 2013 году эффективных средств, в 98% случаев полностью избавляющих организм от HCV. Даже если инфекция осложнена присутствием HIV, лечение гепатита С и ВИЧ одновременно практически не представляет проблемы.

Чем могут помочь дженерики?

Правда едва ли не единственным недостатком ПППД остается их высокая стоимость. При том, что длительность курса приема ПППД при наличии HCV, осложненном присутствием HIV может быть от 3 до 6 месяцев ежедневного приема таблеток, цена одной таблетки может составлять от 100 до 1000 долларов США. Разумеется, подобные суммы далеко не всякий заболевший может собрать и отдать за лекарство. Поэтому врачи все чаще рекомендуют пациентам замену оригинальных препаратов на менее дорогие препараты-дженерики.

Речь идет об аналоговых препаратах, под непосредственным контролем представителей ВОЗ производимых в странах третьего мира. Единственной реальной проблемой, связанной с лечением ВГС в нашей стране, стал запрет активно лоббируемый организациями, обладающими правами на производство и продажу препаратов-оригиналов, на распространение на территории РФ дженериков, поскольку РФ не относится к перечню стран с низким уровнем жизни, то есть считается, что россиянам вполне по карману покупать дорогие оригинальные препараты.

Именно поэтому в отечественных аптеках вряд ли удастся найти такие всемирно известные лекарства от ВГС (в том числе и от ВГС, осложненного ВИЧ), как Софосбувир, Hepcvir, МайХеп, Резоф, Вирсо, СовиХеп, Хепсинат ЛП, Ледифос, Хепцвир-Л, Михеп Лвир, Даклавир и Натдак.

Одной из немногих возможностей купить один из этих препаратов сегодня остаются медицинские сайты, обеспечивающие в индивидуальном порядке их доставку из Пакистана и Индии (где давно и успешно налажено их производство под контролем ВОЗ).

Таким образом мы не только разобрались с вопросом «гепатит с это спид», но и выяснили пути лечения ВГС при наличии сразу двух инфекций.

Самая эффективная схема лечения для всех генотипов с 1 по 6: СОФОСБУВИР + ВЕЛПАТАСВИР

При гепатите С терапию против ВИЧ следует начинать раньше

Высокоактивная антиретровирусная терапия (ВААРТ) для людей с коинфекцией ВИЧ + гепатит С должна начинаться раньше. Об этом говорят результаты исследования реакции Т-лимфоцитов на гепатит С, опубликованном в журнале PloS Medicine группой ученых из Партнерского центра по исследованию СПИДа в Массачусетсе, США. Терапия против ВИЧ, которая была начата до того, как количество CD4 станет ниже 300 клеток/мл, помогает контролировать инфекцию гепатита С.

ВИЧ и гепатит С часто соседствуют вместе, и многие исследования показывают, что такая совместная инфекция ускоряет вред, который приносит печени гепатит С. Без лечения гепатит С может причинить печени ущерб, разнящийся от фиброза до цирроза или рака печени. Также без лечения у большинства ВИЧ-положительных людей гепатит С прогрессирует.

В данном исследовании ученые попытались установить, как иммунная система самостоятельно контролирует гепатит С, и как этот процесс может быть изменен ВИЧ-инфекцией. Известно, что спонтанный контроль организма за гепатитом С зависит от активности клеток CD4, в которых размножается ВИЧ. Именно нехватка клеток CD4 из-за активности ВИЧ и приводит к иммунодефициту при ВИЧ-инфекции, то есть к СПИДу. Поэтому ученые провели исследование среди 60 людей с ВИЧ и гепатитом С и 17 участников только с гепатитом С. Они измеряли ответ иммунных клеток на вирус гепатита С в начале исследования и через два года и шесть месяцев.

Оказалось, что люди, у которых низкий уровень вируса гепатита С несмотря на присутствие ВИЧ, обладают более сильным специфическим ответом как CD4, так и CD8. Однако примерно четверть тех, кто изначально мог контролировать вирус, потеряла эту способность за два с половиной года, и это было связано с потерей уровня CD4. Среди тех, у кого был только гепатит С, ни один человек со способностью контролировать уровень вируса не потерял ее. Вероятно, это поможет объяснить, почему у ВИЧ-положительных гепатит в среднем прогрессирует чаще и быстрее, чем у ВИЧ-отрицательных.

Изучая факторы, которые были связаны с потерей контроля над вирусом гепатита С, ученые сделали неожиданное открытие. Потеря контроля была связана даже не столько с уровнем CD4 на начало исследования, но с наименьшим уровнем CD4, который в принципе был в истории болезни пациента. Эти данные показывают, что для людей с гепатитом С, начало терапии против ВИЧ до того, как количество CD4 станет низким крайне желательно.

«Сохранение высокого уровня CD4, как при не прогрессирующей ВИЧ-инфекции, так и благодаря антиретровирусной терапии до того как количество CD4 станет ниже 300 клеток наиболее важно для подобных пациентов», – пишут авторы исследования. – «Сейчас идут национальные испытания, которые должны показать, может ли раннее лечение ВИЧ-инфекции улучшить результаты лечения гепатита С. Мы также будем изучать, как раннее лечение повлияет на иммунные ответы. Также важно определить связь потери контроля над вирусом гепатита С и заболеваниями печени, так как это самое серьезное последствие для пациентов с ВИЧ«.

Смертельная точка зрения ВИЧ-диссидентов

Вера Костамо, обозреватель МИА «Россия сегодня»

«Мне мало лет, я на втором курсе учусь, а пошла к гинекологу просто провериться, вот и проверилась, мне сказали диагноз – ВИЧ +, я чуть со стула не упала», — пишет девушка на одном из анонимных форумов.

И тут же получает ответ от «Ольги»:

— Никакого вируса иммунодефицита человека нет. Если у тебя «ВИЧ +» — это значит, что твой иммунитет немного не в себе, после, например, таких невинных болезней и состояний, как: ОРЗ, гриппа, вакцинации и т.д. или более серьезных заболеваний — туберкулеза, онкологии. Если ты себя хорошо чувствуешь, то пересдавай анализ через месяц, через два, возможно, он будет отрицательным. Если чувствуешь себя не очень хорошо, ищи причину ослабленного иммунитета. И ни в коем случае не принимай терапию, это убьет тебя».

Это типичный разговор новичка, то есть человека, недавно узнавшего о своем ВИЧ положительном статусе и ВИЧ-диссидента. Разговор, длящийся больше 30 лет.

Без терапии ВИЧ положительный человек проживет в среднем 10-11 лет после момента заражения. Самый популярный мотив отказа от терапии – это сомнения в ее необходимости, токсичность, диссиденты называют эти препараты ядом.

Ознакомьтесь так же:  Прививка от дифтерии нельзя мочить

Хотя, благодаря антиретровирусной терапии, ВИЧ стал управляемым хроническим заболеванием, соотносимым, например, с диабетом. При условии соблюдения всех правил лечения, ВИЧ-положительный человек может жить долго и качественно.

Одна из групп в социальных сетях, рассказывающая о последствиях деятельности ВИЧ-диссидентов, собирающая факты и невыдуманные истории «ВИЧ-диссиденты и их дети», помогает новичкам и тем, кто по разным причинам передумал быть диссидентом.

Юля, 30 лет, Санкт-Петербург

С ВИЧ я живу с 2009 года. Знаю наверняка. Весной 2007 года, когда я жила в Красноярске, мне должны были сделать полостную операцию, я сдавала анализы. Результат анализа на ВИЧ был отрицательным.

С октября 2007 по ноябрь 2009 жила в Санкт-Петербурге, в мае 2009 стала встречаться с парнем, у которого потом ВИЧ обнаружили.

В 2009 году пришлось вернуться домой — ухаживать за мамой. В декабре мне удалили аппендикс. В январе 2010, после праздников, от родителей узнала о своем ВИЧ статусе – сельский фельдшер, нарушив врачебную тайну, пришла домой, пока я была на работе, и сказала моим родителям, что у меня есть подозрение на СПИД. Так и сказала: «СПИД». Шок? Слабо сказано! Истерика, слезы, отрицание.

Сообщила своему парню, с которым мы вместе были с весны 2009 (тот, с которым в Питере познакомились). Он как-то подозрительно спокойно отнесся к этой новости. Сдал на ВИЧ и тоже оказался положительным. И, как сказала врач, судя по результатам анализов, заразился он раньше меня.

Больше всего переживала за маму и проклинала врача, рассказавшую родителям про ВИЧ. Про вирус я почти ничего не знала, кроме того, что это «клеймо, чума XXI века и смертельная болезнь». Начала искать информацию в сети. Довольно быстро наткнулась на ВИЧ-диссидентов, убедила себя, что ВИЧ нет, а во всем виноват гнойный аппендицит, смена климата, образ жизни, стресс от переезда, маминой болезни и прочего.

Убедив в этом родителей и парня, о диагнозе я «забыла». Да и парень мой тему эту серьезно не воспринимал и легко принял отрицание диагноза.

Подозрения мои усилило отсутствие анонимного кабинета. В то время в Красноярске на любые инфекции анализы можно было сдать анонимно, кроме ВИЧ. Все это так хорошо легло на теорию о всемирном заговоре и единой базе ВИЧ-позитивных, из которой не выбраться… Масла в огонь подлила врач-инфекционист, которая обращалась со мной как с проституткой-наркоманкой, и отбила всякое желание появляться в больнице.

Меня не трогали, и я не вспоминала про ВИЧ. Один раз, правда, летом в 2011, сдали кровь, но результаты так и не забрали. По телефону сказали, что если бы анализы были плохими, то нам сообщили бы. Никто из больницы не звонил, было впечатление, что про нас забыли.

Иногда страх возвращался, но терапия пугала больше, чем возможность СПИДа. Да и веры официальной медицине с детства было мало – «спасибо» родителям. Состояние здоровья сильно не изменилось. Вот только стало укачивать, и периодически случались приступы: слабость, тремор, спутанность сознания, проблемы с координацией. Но я списывала это на усталость и проблемы с позвоночником. МРТ мозга так и не сделала.

С парнем расстались. Летом 2013 года вернулась в Питер. В октябре, смеха ради, сдала на ВИЧ анонимно – тут, к моему удивлению, был такой кабинет. Была уверена, что покажет минус, но нет, плюсануло. Пересдала. 11 ноября пришло окончательное подтверждение, что я ВИЧ+. Мечты рухнули.

23 ноября я пришла в группу взаимопомощи для людей, живущих с ВИЧ. Готовилась ко всему, но увидела тех, кто по 6-10 лет на терапии, и у них все нормально. Пообщалась с теми, кто по 10-15 лет живет с ВИЧ, и умирать не собирается, увидела счастливых мамочек со здоровыми детьми, рожденными на АРВТ, и страх ушел.

Благодаря опыту «старичков» поняла, что жить с ВИЧ можно и нужно, что АРВ-терапия меня не убьет. И я успокоилась.

Иммунитет на тот момент был 830 клеток, вирусная нагрузка меньше 100 копий. До АРВТ (антиретровирусной терапии) как до Луны! Это тоже радовало. В группе познакомилась с будущим мужем, который на тот момент почти 13 лет жил с ВИЧ+ и всего год на АРВТ. Все эти годы он стоял на учете и регулярно сдавал анализы, но никто терапию не навязывал, так как иммунитет был в пределах нормы. Его пример воодушевлял!

В мае обнаружился туберкулез легких, который спал во мне с четырех лет – тубинфицирована была с детства. Начала лечение. С нервной системой становилось все хуже. Что делать – не ясно. Была версия, что ВИЧ давит на ЦНС, но так как иммунитет был 700, то про АРВТ никто и не думал. Но муж пошел к завинфекционным отделением. Решили не ждать, пока начнутся серьезные проблемы с иммунитетом. Положили на обследование.

В ноябре 2014 назначили «Стокрин» и «Вирокомб». Через две недели побочки от «Стокрина» ушли, но тошнота от «Вирокомба» – нет. Зато через месяц «спецэффекты», которые на рассеянный склероз списывали, заметно уменьшились. Поменяли схему на «Ставудин» и «Ламивудин». Тошнота ушла, но усилилась моя давняя «подруга» нейропатия. Снова замена – «Трувада». Через 1,5 месяца все последствия нейропатии ушли. Анализы крови, самочувствие замечательное. Схема подошла идеально!

Все мои страхи перед АРВТ ушли окончательно. Мужу тоже меняли схему дважды, пока не подобрали ту, что не дает побочек.

Периодически хожу на группу взаимопомощи для ВИЧ+, которая помогла побороть страх перед диагнозом, и теперь сама помогаю ноВИЧкам перестать бояться. Знание побеждает страх. А опыт других помогает избавиться от шаблонов и стереотипов. Теперь я не вижу в ВИЧ ничего постыдного и страшного. В группе взаимопомощи истории слышу разные, включая печальный опыт отрицания ВИЧ. Так что, не так страшен диагноз, как его игнорирование.

Туберкулез оказался «уснувшим» вновь, через три месяца терапию от него отменили.

Я делю диссидентов на четыре категории: те, кто боится признать у себя диагноз, и от страха отрицает его; вторая — кто сам ВИЧ-минус, но считает себя самым умным, идет против системы и продажных врачей и любит давать советы, как СПИД лечить правильным питанием, туберкулез – собачьим жиром, а рак – содой. Третья – те, кто помешан на теориях заговоров. Четвертая — кому неудачно назначили лечение в прошлом или кто боится врачей. Я сама была в первой группе, первых и последних мне очень жаль. Им нужна профессиональная психологическая и моральная поддержка. Вторые — самые подлые. Иногда меняют мнение, но обычно им все равно на последствия нашего СПИДа. А вот с третьей группой разговор бесполезен.

Когда сама через это прошла, то поняла, как важна поддержка и информация от равных. Потому сейчас диагноз не скрываю и стараюсь менять мнение людей о ВИЧ-инфицированных.

Виктория, 40 лет, Тюмень

25 декабря 2012 года я узнала о своем диагнозе – ВИЧ.

Я приняла этот факт без эмоций, не удивилась и не расстроилась, потому что совершенно не было сил двигаться, дышать, и тем более плакать – на анализы меня возили уже на кресле-каталке.

С третьего вызова скорая помощь забрала меня на госпитализацию, я уже не могла дышать, привезли в больницу, в отделение пульмонологии, меня обследовали и чем-то лечили, но лучше не становилось.

И вот наступил тот день, когда специально приглашенный специалист из Центра СПИД сообщил диагноз, и я поняла, почему врачи не подходили ко мне последние три дня, мой лечащий пульмонолог отвернулся от меня, это была первая спина, которую я провожала взглядом.

Меня перевели в инфекционную больницу, в тот момент я думала, что жизнь закончилась и безропотно выполняла все, что говорили, куда-то шла, лежала, дышала в кислородной маске, все время шептала имя дочери. Единственная была мечта – увидеть ее.

Впервые Новый год я встречала лежа, одна, с капельницей, а не пышно и весело, как привыкла.

Позже я поняла, что попала в заботливые руки грамотных специалистов, из Центра СПИД приехал врач, осмотрел меня, привез таблетки, рассказал, как принимать, и предупредил, что если я запланирую беременность, то нужно будет внести коррективы в схеме приема лекарств! Я была ошарашена, неужели это возможно, жизнь продолжается?

Я продолжала лечение, послушно выполняла все рекомендации врача, но все еще не верила в жизнь. Облысела, очень похудела, у меня было на тот момент всего 2 клетки CD4 (клетки СД4 – это вид лимфоцитов (белых кровяных телец), являются частью иммунной системы. Они первыми атакуют инфекции).

Через месяц меня выписали, дома меня не приняли, но это уже другая, очень драматическая история.

Надо сказать, что в жизни я очень активная, спортивная, веселая, творческая, но силы на тот момент покинули меня, думала, что никогда не смогу путешествовать, заниматься любимой работой и общаться с друзьями, которые меня, кстати, очень поддержали.

При выписке у меня было уже 15 CD4, я была слаба, но уже не задыхалась, ходила с сопровождением. Купила красивый натуральный парик, волосы на фоне лечения постепенно восстановились. Мне очень повезло с врачом в Центре СПИД, она меня поддерживала и все объясняла, мое здоровье стало восстанавливаться. Трудно было привыкнуть пить лекарства в одно и то же время, сейчас это – норма. Сегодня по результатам последних анализов у меня 473 CD4, я практически не болею даже простудными заболеваниями, тщательно слежу за здоровьем, регулярно сдаю все анализы, правильно и полезно питаюсь, двигаюсь мало – все время за рулем.

Я рада, что сегодня живу прежней жизнью, нет, не прежней, а более насыщенной и интересной, потому что она прекрасна. Я стала сильней и успешней, у меня нет времени на грусть, споры, у меня много задач и идей, я дышу полной грудью! В январе опять встану на горные лыжи и буду смело преодолевать каждый склон своей длинной трассы!

Евгений, 36 лет, Москва

Я руководитель общественной организации, которая занимается профилактикой и поддержкой ВИЧ+ среди гей-сообщества.

О диагнозе я узнал совершенно случайно, когда выписывался из больницы. Врач сказал, что у меня не все в порядке с анализами крови и дал направление, а куда и зачем не объяснил. Особого значения на тот момент я этому не придал, был занят. В этот период моей жизни имелись проблемы с личными отношениями, и точно было не до этого. Когда страсти немного поутихли, я решил, наконец, воспользоваться направлением.

И она сказала: «У тебя ВИЧ».

В секунды перед моими глазами пролетело: парень, которого я мог инфицировать, мое будущее, его нет. Врач продолжала что-то говорить, но я ее уже не слышал. Последние фразы перед уходом: «Ты в порядке, я могу тебя отпустить?» Это был 1997 год.

Ознакомьтесь так же:  Где лучше всего лечить туберкулез

После первого объявления диагноза я еще раз сдал анализы на иммунный статус, он оказался достаточно низким. После я не был в СПИД-центре четыре года. Моя жизнь напоминала известный анекдот: «Пациент приходит к доктору и спрашивает:

— Доктор у меня СПИД, что мне делать?

— Принимайте грязевые ванны.

— Помочь не поможет, но к земле привыкните».

В определенный момент мне все же пришлось прийти в Центр СПИД, так как начались серьезные проблемы со здоровьем.

Я сломался. Рядом никого не было, с кем я бы мог поговорить. Как раз, перед тем как узнать о статусе, я похоронил маму, самого близкого для меня человека. Отец жутко запил, и ему было не до меня. Я практически все потерял.

Спустя достаточно продолжительное время я понял, что обо мне сокрушаться никто не будет. А так хотелось, чтобы кто-то пожалел, понял и увидел, как мне нелегко.

Как-то я напился, и вместе с этим выпил почти всю упаковку антидепрессантов, пару таблеток оставил, чтобы врачи поняли, что я выпил и откачали. Рыдая, я заснул. Проснулся через пару дней, кстати, очень бодрым. Отец ничего не предпринял, сказал: «Ну, спишь ты и спишь, зачем мне тебя будить». Вот после этой истории я и понял, что должен что-то кардинально изменить в своей жизни.

Начал осваивать интернет, искать информацию о жизни с ВИЧ. Искать таких же ребят с ВИЧ, я понимал, что не один такой. Результаты таких поисков не заставили себя долго ждать, я познакомился с другими ВИЧ-позитивными людьми. Еще очень важный момент в моей жизни: я стал ходить в группу взаимопомощи для ВИЧ-положительных. Как губка впитывал информацию в интернете и группе. Через полгода я мог бы назвать себя «профи», тогда и начал делиться опытом в группе и естественно получал информацию от других ребят.

Моя жизнь резко изменилась. Через какое-то время я работал в свободное время на телефоне доверия по вопросам ВИЧ/СПИДа. Очень быстро произошла важнейшая переоценка ценностей жизни. Я чувствовал себя так, как будто проснулся. Утром вставал с ощущением крыльев за спиной и весь день ощущал необыкновенный подъем. Почему-то у меня появилась потребность рассказать всем друзьям о том, что у меня ВИЧ. Как ни странно, но, узнав о моем статусе, никто от меня не отвернулся. Да и, честно говоря, мне уже не нужна была поддержка. Более того, я чувствовал в себе силы и потребность помогать другим.

То время было удивительным для меня, я впервые почувствовал себя счастливым. Я впервые по-настоящему влюбился. Я учился жить с ВИЧ. Жизнь бурлила.

Я некоторое время винил себя за ВИЧ, а потом это стало не важно. Какая разница, кто или от кого? Это у меня есть. И надо продолжать жить, все равно я ничего не изменю, к чему тогда эти деструктивные мысли.

На сегодняшний день у меня нет сложностей с моим ВИЧ-статусом. Это одно из хронических заболеваний, с которым столкнусь, как и те, кто живет с таким диагнозом. И все, что меня отличает от человека без ВИЧ, это то, что мне нужно раз в три месяца сдавать анализы и один раз в день пить таблетки. Все.

Но сейчас все изменилось – к примеру, 5 лет назад мне приходилось пить таблетки три раза в день, то сейчас я пью схему, которая рассчитана на один прием. Время не стоит на месте. Возможно, через пять-десять лет ВИЧ будет подобен герпесу.

Есть такое понятие, как качество жизни с ВИЧ. У каждого человека в жизни свои ценности: семья, родные, друзья, работа, здоровье, что-то материальное.

Часто бывает так, что ВИЧ перекрывает все ценности и начинает преобладать над всем. Все цепляется одно за другое. Например, о вашем статусе узнают на работе и вас увольняют, в связи с тем, что вы безработный, появляются проблемы в семье, возможно, вы начинаете плохо питаться, и проблемы со здоровьем усугубляются. Затем – стресс, вы начинаете пить, и от вас отворачиваются, друзья, уходит жена/супруг. Это реальные истории. Важно понять, что ВИЧ – это только маленькая часть жизни.

Я справился со стереотипом, что ВИЧ – это страшно. И теперь моя работа заключается в том, чтобы бороться с этими стереотипами. Страх делает людей деструктивными по отношению к себе и другим. Нужно преодолеть этот страх.

Матвей, 31 год, Москва

Меня зовут Матвей, свое настоящее имя я скрывать не буду. Когда мне было 27 лет, я круто изменил жизнь — влюбился, переехал в другую страну. На новом месте я неплохо устроился, стал обживаться. Казалось, жизнь стала налаживаться. И вдруг в процессе оформления документов на ВНЖ (вид на жительство) у меня обнаружили ВИЧ.

Сказать, что это был шок — ничего не сказать! Меня как будто ударили мешком, ведь я ничего об этом не знал! Я помню то время: страх умереть, ведь первое, на что натыкаешься в интернете, – статистика умерших от СПИДа, к этому добавлялся страх, что меня депортируют.

Но все оказалось не так плохо. За границей все по-другому: ко мне очень доброжелательно отнеслись, со мной много работали психологи, врачи объясняли буквально каждый шаг, и, хотя я был в стране почти никем, только-только получил временное разрешение на проживание – я лечился за счет государства, и это были хорошие препараты. Но через несколько лет мне пришлось вернуться в Россию.

И я сразу попал в другой мир. В России, если ты получил статус ВИЧ, ты сразу вынужден бороться. Бороться буквально за все. За препараты, которые неохотно дают и с которыми постоянные перебои. За адекватное лечение. За нормальное отношение. Первая фраза, которую я услышал в СЦ, сказанная недовольным голосом: «У него постоянная прописка, придется брать на учет».

Первые вопросы, которые задали мне в довольно грубой форме: «Как», «с кем». Первые препараты, которые назначили, были откровенно плохими. В коммерческой клинике, узнав о моем статусе, указали на дверь. Большинство знакомых в моем городе брезгливо называют меня за спиной «спидозным уродом», а одна девушка на полном серьезе грозилась написать заявление в полицию, что я «разношу СПИД по городу». Выдержать это действительно тяжело. Потому мне сложно осуждать людей, которые ломаются, забывают о своем статусе и живут как ни в чем не бывало.

И государство ничем не помогает! Все эти бесконечные акции, брошюрки, рекламные ролики, громкие речи — это ничто, это «пшик»! За границей я мог изредка сдавать кровь, а все необходимые консультации и рецепты получать у терапевта — мой статус никак не мешал моей жизни. В России же все иначе, просто сдать кровь — целое приключение. Люди вынуждены отпрашиваться с работы, часами торчать в нескольких очередях, и все ради чего? Просто сдать кровь! Чтобы начать принимать препараты, когда уже организм кричит, что надо, пора — бесконечные отказы и «может, потерпим?». Чтобы встать на учет, если ты прописан в другом городе — целые судебные эпопеи. Государство очень странно реагирует на эпидемию ВИЧ в России — совершенно не борется с ее причинами и бесконечно усложняет жизнь ЛЖВ (люди, живущие с ВИЧ).

К сожалению, при таком отношении к людям с ВИЧ легче быть диссидентом, чем посмотреть правде в глаза. А правда жестока – у тебя неизлечимая болезнь, с которой в России связана масса негатива, и ты вынужден бороться за жизнь. Кому-то проще закрыть глаза.

Боюсь ли я умереть? Мне кажется, этот страх глубоко внутри есть у всех. Пусть даже я принимаю терапию и прекрасно себя чувствую, пусть медицина не стоит на месте, но я помню, как я себя чувствовал раньше — это было ужасно!

И конечно, поэтому я боюсь — вдруг что-то пойдет не так. Знает ли об этом моя семья? Конечно, нет. Они хорошие люди, но общество уже внушило им, что ВИЧ — это болезнь маргиналов, бомжей и проституток — и у меня не хватит сил их переубедить. Верю ли я, что найдут лекарство? Верю, но то, что оно доберется лично до меня — нет. Верю ли я, что эпидемию ВИЧ в России удастся обуздать? Нет. Наоборот, я уверен, что впереди нас ждет самая настоящая пандемия. Но я все равно настроен оптимистично. ВИЧ очень сильно меняет жизнь, и в первую очередь ты начинаешь ценить каждый день.

Константин Ольховой, врач-психотерапевт

Есть несколько версий, почему люди с положительным ВИЧ-статусом отказываются от предложенной терапии. Это может быть синдром острого горя, для которого типична фаза отрицания. Как правило, эта фаза короткая, она длится до полутора месяцев, затем сменяется гневом и в итоге – принятием ситуации. Такие люди придут от ВИЧ-диссидентства к терапии.

Если человек все-таки не меняет свое отношение к терапии, то речь идет о сознательном выборе. Но, когда мы говорим о медицине, понятие «сознательный выбор» весьма размыто. Для того чтобы делать сознательный выбор в вопросах, касающихся медицины, нужно обладать определенной долей информации, базовыми знаниями.

С такими людьми нужно работать с помощью просвещения, пропаганды, и опять же, объяснять, что вероятность повреждающего действия терапии ниже вероятных последствий от отказа от препаратов.

Страх перед побочными эффектами от лекарств вообще массовая проблема – и в психиатрии, и в инфекциях.

Со своей психотерапевтической точки зрения, могу сказать одно, если вера ВИЧ-диссидента абсолютно сильна, и при этом он занимается своим здоровьем, то может быть, будет недолгий положительный эффект, но гарантировать это я бы точно не стал.

И уговаривать человека не лечиться, а просто заниматься своим здоровьем, я бы не рекомендовал. С другой стороны, кричать ВИЧ-диссиденту, что он «тупой и скоро умрет», не имеет смысла. Имеет смысл разобраться в ситуации, уговорить попробовать несколько методов, и терапию в том числе.

Нужно говорить с таким человеком мягко, продавливание вызовет только жесткое противодействие. Может быть, он даже согласится под вашим нажимом, но при принятии терапии получит все побочные эффекты от препаратов.

При депрессии всегда есть иммунодефицит. Если мы посмотрим уровень лейкоцитов и лимфоцитов у человека в депрессии, он всегда занижен. Это нужно иметь в виду. Давить на этих людей не нужно, потому что это дополнительный удар по иммунной системе.

Если у близкого человека обнаружен ВИЧ положительный статус, нужно очень тактично с ним разговаривать, предложить попробовать и народную, и официальную медицину. Например, ты принимаешь терапию, а побочные эффекты мы попробуем корректировать народными методами, диетой, здоровым образом жизни. Подход должен быть комплексным.