Синдромы у детей алкоголиков

Кто они, Взрослые Дети Алкоголиков?

Термин «взрослые дети алкоголиков (ВДА)» (DDA, от англ. ACoA — Adult Children of Alcoholics, или ACA — Adult Children Anonymous) первоначально применялся как определение групп поддержки и самопомощи, которые работали на методологической базе движения «Анонимных алкоголиков» (АА) Двенадцатишаговой программы.

ВДА – это люди, которые являются выходцами из семей, где минимум один из родителей являлся зависимым от алкоголя, и в связи с этим они были вынуждены выработать определенные экзистенциальные качества, помогающие «выживать» в данной семье. Однако эти же качества абсолютно дестабилизируют жизнь вне родительской дисфункциональной семьи.

Не следует разделять термин ВДА с термином ВДД — взрослые дети из дисфункциональных семей. Это связано с тем, что подобные проблемы могут касаться не только людей выросших в алкогольных семьях, но и тех, кто воспитывался в дисфункциональных семьях, в которых проявлялись акты всех видов насилия, перфекционизм, религиозный фанатизм, «эмоциональный развод» родителей, запрет на выражения чувств и пр.

Совокупность симптомов с общим патогенезом

Следует отметить, что исследования ВДА и ВДД не подтвердили однозначно наличие конкретных специфических, одинаковых для всех черт, которые бы выделяли популяцию людей, выросших в алкогольных и прочих дисфункциональных семьях. Поэтому невозможно утверждать, что все дети, выросшие в дисфункциональных семьях имеют серьезные проблемы и личностные нарушения.

Поэтому «синдром ВДА» в классификаторах DSM-V и ICD-10 не отмечен как отдельная болезнь или расстройство личности. Понятие ВДА применяется в психолого-психотерапевтической практике для определения выходцев из алкогольных (и дисфункциональных) семей, страдающих от этого во взрослой жизни. Пациенты, проходящие психотерапию в учреждениях здравоохранения, получают, как правило, психиатрический диагноз «Реакция на тяжелый стресс и нарушения адаптации» (F43).

Типология ВДА/ВДД

Можно выделить несколько типов Взрослых детей алкоголиков/Взрослых Детей из Дисфункциональных семей: отчужденные, грустные, обиженные, зависимые, созависимые, успешные, с чувством неполноценности. (http://www.leczmy-alkoholizm.org/)

Терапия клиентов с синдромом ВДА/ВДД

Терапия ВДА/ ВДД может проводиться в форме индивидуальной или групповой психотерапии.

Индивидуальная терапия предполагает встречи один на один с психологом-психотерапевтом. Этапы индивидуальной терапии соответствуют в полном объеме этапам терапии групповой. Продолжительность от 1 года до 3 лет.

Групповая терапия – это процесс, в котором следует выделять 3 этапа.

На первоначальном этапе терапии важным является углубление понимания, каким именно способом травматический опыт из детства влияет на наши убеждения, поведение и способы решения актуальных жизненных проблем и общением с людьми. Рекомендуемыми методами и техниками работы на данном этапе являются те, что позволят исследовать семейную историю, осознать «синдром предков» и особенности родительской семьи, повлиявших на наше развитие, а так же на то, кем мы являемся сегодня.

Групповая форма работы позволяет почувствовать себя похожим на других, быть понятым, выслушанным и принятым. В группе участники учатся особому совместному пребыванию, которое служит их развитию. В такой группе легче открыться и в дальнейшем справляться с сильными эмоциями и переживаниями вызванными воспоминаниями, тяжелым травматическим опытом.

Второй этап – углубленная терапевтическая работа, направленная на катарсис тяжелых эмоциональных переживаний, которые провоцируют воспоминания о травматический ситуациях. Это работа над «загноившейся раной» души. Терапия способствует ее очищению и заживлению для того, чтобы больше она не влияла на нашу жизнь.

На данном этапе важным является поиск новых и качественных моделей поведения и решения проблемных ситуаций, с которыми ранее не справлялись.

Сутью данной фазы терапии является изменение образа себя в направлении более реального и позитивного восприятия собственной личности – более взрослой, независимой, обладающей большими ресурсами, нежели в детстве. Следует сконцентрироваться на тех ситуациях прошлого, которые затрудняют и делают невозможным использование актуального потенциала.

Третий этап – планирование и достижение реальных и локальных изменений в жизни.

Начинать следует с локальных (точечных, мелких) изменений. Потому что это верный способ, чтобы убедиться в реальности запланированного. Если изменение реально, то можно двигаться вперед, планируя новое. Если нет — мы должны перепроверить свои планы.

Ролью терапевта и группы на данном этапе является сопровождение и поддержка планов отдельно взятых участников.

Достижение стабильных личностных изменений (новообразований) у участников ожидается на протяжении от 1,5 до 2 лет. Продолжительность групповой психотерапии, как правило, занимает от 6 да 12 месяцев.

После психотерапии…

Непосредственно после терапии у участников происходят локальные личностные и жизненные изменения. Далее, они преступают к очередным. Как правило, через год-второй появляются сигналы, указывающие на изменения отношения к миру, к жизни и самому себе.

Посттерапевтические новообразования клиенты констатируют в разных областях. Прежде всего меняется восприятие самих себя в ситуациях социального взаимодействия: чувствуют себя более уверенными, более сознательными относительно своей ценности и своих компетенций. Это связано с ростом ощущения эмоциональной уравновешенности, внутреннего спокойствия. Начинают они все чаще говорить о себе позитивно и бережно относиться к своим границам и потребностям.

Важнейшим новообразование после терапии является готовность к принятию ответственности за свою жизнь. Также появляется стойкое чувство уверенности в завтрашнем дне.

P.S. Cовместно с посещением психотерапевта и профессиональной терапевтической группы, есть еще возможность посещения бесплатных анонимных групп сообщества ВДА. » Никогда не поздно иметь счастливое детство!»

Для иногородних возможно консультирование по скайпу.
Скайп
Login: vitalibulyha

Регистрируйтесь на сайте b17.ru и получайте доступ к интересной информации по практической психологии

алкогольный синдром у ребенка

задайте вопрос отдельным топиком, тут не найдут!

(слева под заголовком «конфетенци о приемных детях» есть «добавить новое сообщение»). 26.09.2005 14:29:39, vasillek

С вами согласна, только не путайте квалификацию врача и мое личное мнение:))
Про «лучше бы кололась»-это ИМХО, так как это лечится и на умственное развитие в большинстве случаев не влияет, остается предрасположенность, первые годы почти зависимость, но все же лечится.
А вот с алкоголем действительно непонятки-ведь автор не пишет, насколько все плохо было у родителей и с чем теперь ребенок. Я написала то, что выявляется у таких детей, при слабой степени-частично, при сильной-может и все. Но то, что алкогольный синдром «налицо»-это факт. Если его в таком виде нет-значит еще не все потеряно.
Автору: проведите обследование мозга на поражения, на рефлексы. Если все более-менее «нормально», тогда скорее всего ребенка можно выправить и вылечить.Удачи вам.

Я не медик, поэтому мое мнение не выдвигаю как единственно верное. Описанные симптомы-это медицинские исследования. Мое мнение-всего лишь мнение стороннего человека, контактирующего иногда с детьми с таким синдромом. Честно — себе бы не взяла, не готова. 25.09.2005 13:03:10, Йожик

Взрослые дети алкоголиков: никакой безнадежности нет

Книга Дженет Дж. Войтиц «Взрослые дети алкоголиков: семья, работа, отношения» была издана в 1980-е. В США она считается одной из авторитетнейших работ в этой области. Автор рассказывает, что хотя ее труды стали очень популярны, поначалу ни издательства, ни книжные магазины не верили в успех книги. Но людям, выросшим в семьях алкоголиков, ее книги оказались очень нужны, они помогали им лучше понять себя.

По мысли автора, основная проблема взрослых детей алкоголиков (ВДА) такова: у них нет представления, что такое норма, они не понимают, как ведут себя люди в нормальной семье, поэтому им сложно и создать семью, и сохранить ее. Детство в деструктивных семьях отражается не только на собственной семье, но и на всех отношениях этих людей, в том числе и на работе: они редко доводят дело до конца, часто говорят неправду, даже если в этом нет необходимости, не уверены в себе, не умеют отдыхать и веселиться.

Дженет Дж. Войтиц утверждает, что человек, выросший в семье алкоголика, в детстве не чувствует себя в полной мере ребенком: отсутствие «тыла» делает невозможной настоящую детскую беззаботность. Ребенок не знает, чего ждать от своих родителей: проявления любви без понятных для ребенка причин сменяются придирками, криками и руганью. Когда такой человек вырастает, он пытается манипулировать другими, потому что видел, как это делают его родители.

В результате, при отсутствии полноценного детства, такой человек не может и стать по-настоящему взрослым. Не имея примера нормальных отношений, он не знает, как правильно реагировать на те или иные ситуации. Будучи лишен должного внимания в детстве, он все время боится, что его отвергнут и бросят (это касается и близких отношений, и работы).

Дженет Дж. Войтиц предлагает своим подопечным — взрослым детям алкоголиков — перестать думать о том, что такое норма (потому что в семейных отношениях «норма» — это миф), и просто рассуждать, какое поведение функционально, то есть ведет к желаемому результату, а какое дисфункционально, то есть еще больше усложняет ситуацию. Им нужно постепенно избавляться от комплексов: не зависеть от мнения окружающих, не бояться признаться, что они чего-то не знают или не умеют, учиться всегда говорить правду, а главное — относиться и к самим себе, и к сложившимся ситуациям с юмором.

Журналист Татьяна Кириллина поговорила об основных идеях книги Дженет Дж. Войтиц со специалистом в области психотерапии и наркологии — протоиереем Григорием Григорьевым.

Протоиерей Григорий Григорьев — психиатр, нарколог с 30-летним стажем практической работы, автор многочисленных публикаций. Заслуженный врач РФ, доктор медицинских наук, профессор, член коллегии Синодального отдела по социальному служению и благотворительности, сопредседатель Александро-Невского общества трезвости, декан факультета и заведующий кафедрой психологии Русской христианской гуманитарной академии, директор Международного института резервных возможностей человека. Настоятель храма Рождества Иоанна Предтечи в Юкках Выборгской епархии.

Протоиерей Григорий Григорьев

Ознакомьтесь так же:  Предупреждение распространения туберкулеза в российской федерации

Этиловая субкультура

Отец Григорий, существует ли, на ваш взгляд, необходимость выделять взрослых детей алкоголиков (ВДА) в особую группу?

Теоретически можно выделить их в группу. Если верить статистике советских времен, 80% детей алкоголиков не принимали спиртные напитки, у них было резко отрицательное отношение к спиртному, потому что они насмотрелись на родителей. А вот внуки гораздо чаще становились алкоголиками — 60-70%, поскольку они уже не видели (или не так часто видели) пьяными дедушек и бабушек. В советское время было распространено мнение, что в результате алкоголизма происходит повреждение генетического кода, что это наследственное заболевание. Последние данные генетики показали, что генетический код не повреждается ни алкоголем, ни наркотиками — это болезнь социальной среды.

Геннадий Онищенко, в прошлом главный государственный санитарный врач Российской Федерации, говорил о сложившейся в России «этиловой субкультуре нивелирования жизненных трудностей». Действительно, существует субкультура всеобщего пьянства, уверенности, что без спиртных напитков невозможен праздник и веселье. Вспоминается старый советский анекдот. Человек вступает в партию, его спрашивают: «Ты сможешь бросить курить, если партия прикажет?» — «Конечно, смогу!» — «А пить сможешь бросить?» — «Да, смогу!» — «А жизнь сможешь отдать за партию, если потребуется?» — «С радостью отдам: зачем мне такая жизнь нужна?». Убеждение, что без выпивки полноценная жизнь невозможна, проникает даже в церковную среду: часто от священников можно услышать, что непьющие люди — какие-то «неправильные», «не наши».

Предположим, многие ВДА не пьют. Но означает ли это, что у них нет проблем?

Разумеется, нет. Они могут быть невротиками. Раньше пословица была: «Сколько водки выпито, столько слез пролито». Поскольку такие дети находятся в постоянной ситуации стресса, это может проявляться в виде различных заболеваний и поведенческих отклонений. У детей алкоголиков в раннем возрасте часто бывает ночное недержание мочи — энурез, различные страхи, заикание, синдром повышенной двигательной активности.

Существуют ли какие-то специфические отличия детей алкоголиков от тех, у кого были другие трудности и испытания в детстве (развод или смерть родителей, тяжелая болезнь брата или сестры)?

Принципиального отличия нет. Любые неблагоприятные обстоятельства, стрессовые состояния могут дать те же проблемы. Но алкоголизм родителей — постоянно действующий стресс. Все остальные стрессы, как правило, эпизодические. Важно понимать, что хотя жизнь с родителями-алкоголиками по определению вредна для ребенка, повреждения происходят не в результате пьянства родителей как такового, а в результате того, что ребенок находится в стрессовой ситуации.

Автор книги «Взрослые дети алкоголиков: семья, работа, отношения» утверждает, что дети, выросшие в семьях алкоголиков, обречены на сложные отношения с социумом, поскольку не знают, что такое нормальные отношения. Можно ли вырваться из этого круга?

В этом есть большая доля правды, но такая постановка вопроса — можно или нельзя вырваться — мне не близка: человек может всегда, если захочет. Есть немало примеров, когда сами алкоголики вырвались и вытянули своих детей. Все аддикции, к которым принадлежит и алкоголизм, имеют духовно-нравственный характер, затрагивают душу и тело. Невозможно выйти из неблагоприятного в духовном смысле состояния, если не появятся более высокие духовные ценности. Христос говорил: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам» (Мф. 6:33). Если человек наведет навигатор своей души на Царствие Небесное, он сможет выйти из любого состояния.

Важно, конечно, взять правильный духовный вектор, потому что состояние опьянения или наркотического кайфа — это духовное состояние. Вспомните, когда на апостолов в день Пятидесятницы сошла благодать Святого Духа, их заподозрили, что они напились вина. А Петр ответил им, что третий час дня, а иудеи в это время не пьют.

Само состояние опьянения — «хорошее», важно только, каким путем оно достигается. Человек может быть пьян от любви, от радости. И состояние алкогольного опьянения на определенном этапе вызывает приятные ощущения, но внешний алкоголь только отчасти похож на внутренний. Радость в результате опьянения — это иллюзия, она сродни состоянию прелести. Это подделка. Господь предлагает Адаму некий план — трудиться в райском саду, пребывать в постоянном богообщении, а потом, в завершение — вкусить плодов с древа познания добра и зла. Змей сказал: «Да не надо ничего делать, никакой сад обрабатывать, поедите плодов — и будете как боги», то есть «обучение» сразу заканчивается получением диплома. Так и пьющий человек: вместо того чтобы испытывать радость в результате какой-то деятельности, проще сразу внутрь что-нибудь «забросить» — и все, больше ничего делать не надо.

Кстати, духовная жизнь должна начинаться со встречи с Богом, а у нас часто человеку предлагают сначала изучить собственные грехи. Некоторые, осознав свою греховность, даже могут впасть в депрессию. А на самом деле все грехи, все духовные немощи должны исчезать по мере приближения к Богу.

Включить двигатель радости

Действительно ли у ВДА есть специфические проблемы: на работе они вечно боятся увольнения, в личной жизни — не в состоянии строить отношения с противоположным полом, создавать крепкие семьи?

Я бы все проблемы свел не к алкоголизму, а к отсутствию духа любви. Не важно, с чем это связано. Если родители любят друг друга, то дети будут счастливы, какие бы трудности и испытания ни выпадали на их долю. А если любви нет, то это будет сказываться на детях: они будут неконтактны, недоверчивы. К таким людям всегда будет нужен особый подход, чтобы растопить лед их душ…

Бывает, что выросший без любви человек готов идти за кем угодно, если ему эту любовь пообещают, критический взгляд у него отсутствует.

Несомненно. Но они могут светиться только отраженным светом, сами не загорятся, и поэтому будут только охлаждать тех, кто их любит. Поэтому им нужно самим научиться разводить костер своей души.

Человек так рожден — на одну отрицательную эмоцию ему нужно семь положительных. В центральной нервной системе человека гормонов радости вырабатывается в семь раз больше, чем гормонов стресса. Дети, которые выросли без любви, не понимают, что такое «двигатель радости», он у них не включался. Это включение возможно только при встрече с Богом, психолог в этом полностью не поможет. Психолог может помочь, только если укажет человеку путь к Богу, а иначе это будет просто зависимость одного человека от другого.

Был ли у вас какой-то опыт работы с детьми алкоголиков?

Ко мне приходят с конкретными проблемами: ночное недержание мочи, страхи, раздражительность. Это дети тех, кто пришел на лечение, и они успешно восстанавливаются. У меня не было детей, родители которых продолжали пить: детей приводили только излечившиеся.

А среди взрослых пациентов были те, у кого в прошлом — жизнь с родителями-алкоголиками?

При существующих объемах и потоках я эту группу не выделял. Мне важно не определить причину невроза, а научить человека думать о хорошем, когда плохо, искать положительные эмоции, накапливать их в своей памяти. В момент стресса, если человек будет думать о хорошем, хорошее и произойдет; о плохом — соответственно. Во время шторма нужно уметь паруса ставить и руль направлять или плавать хотя бы уметь. Надо уметь отрицательные факторы превращать в положительные.

А причины искать — ну, наверное, если бы больных было раз в сто меньше, можно было бы и в причинах покопаться. Но это носит больше научный интерес, а я практик, мне важно человека из стрессового состояния вывести. Важно помочь человеку вернуть образ и подобие Божие. Когда Адам пал, любовь к Богу у него исчезла. А как только исчезла любовь к Богу, исчезла любовь к самому себе, ее заменила забота о мнении окружающих.

Движение к Богу начинается с восстановления любви к самому себе, и только потом появляется любовь к ближнему.

Не созависимость, а невроз

Сейчас много говорят о созависимости членов семей алкоголиков. Можно ли в случае ВДА говорить о созависимости?

Я считаю, что проблемы созависимости не существует, этот термин придумали психологи. То, что принято сейчас называть созависимостью, полностью укладывается в понятие «невроз». Надо невроз лечить, и все. Когда мы ставим диагноз «невроз», мы не добавляем к этому диагнозу причину заболевания. С точки зрения нарколога созависимые — это когда вся семья пьет. А если муж пьет, а жена и дети плачут, какие же они созависимые? В международной классификации болезней такого диагноза нет. А теперь повсеместно в церковных обществах трезвости «оказывают помощь созависимым», то есть собирают людей, которые никогда не пили, и перед ними произносят проповеди о вреде алкоголя. Получается, пьяниц лечить сложно — будем «лечить» их жен, матерей и детей. Кто-то грешит, а кто-то, видите ли, созависимый.

Понятно, что близкие страдают, но это не значит, что они грешат вместе с родственником-алкоголиком. Особенно меня умиляет, когда членов семей алкоголиков убеждают, что надо с ними действовать «жестче». Но ведь только самоубийца станет противодействовать шизофренику в стадии обострения, а алкоголик в агрессивном состоянии — это примерно то же самое.

Задача родственников — не «воспитывать» сумасшедшего, которого покинул здравый рассудок, а сохранить собственные жизнь и здоровье.

То есть вы считаете, что у ВДА, по сути, нет каких-то особых проблем, отличных от проблем людей других групп.

Дело в том, что в данной группе заметны только те, кто не смог адаптироваться. Тех, кто адаптироваться смог, никто не видит, они не будут приходить и рассказывать: «Вот, у меня родители пили, а я стал тем-то и тем-то, и в семье у меня все хорошо».

Ознакомьтесь так же:  Гомеопатия при беременности при простуде

А почему такая скрытность?

Да они просто забудут про все это! Поэтому говорить о том, какой процент детей алкоголиков испытывает трудности во взрослой жизни, а какой нет, просто невозможно.

И все же — что стоит знать человеку, выросшему в семье алкоголиков, и его близким, чтобы вовремя справляться с возникающими проблемами?

Чтобы проблем не возникло, нужно больше положительных эмоций: человек их недополучил, в детстве он был обворован. Причем надо ему самому учиться «охотиться» за такими эмоциями, но взрослому это сделать гораздо труднее, чем ребенку. Тут можно вспомнить завет Иисуса Христа: «Будьте как дети». Это работает.

Взрослые дети алкоголиков

Существует миф (ложное убеждение), что лишь непосредственное общение с активным алкоголиком или наркоманом может оказать определенное влияние.
Однако ни развод, ни расставание, ни даже смерть химически зависимого человека не останавливают развитие созависимости в семье.
Отдельно стоит сказать еще об одной группе жертв алкоголизма (и наркомании) — это взрослые дети алкоголиков.
Многие из них во взрослой жизни испытывают проблемы, которые являются последствиями прошлого.

Характерные черты взрослых детей алкоголиков:

Низкая самооценка
Невозможно, воспитываясь в обстановке эмоционального пренебрежения или, в лучшем случае, противоречивого воспитания, обрести достаточную уверенность в своих силах.
Взрослые дети алкоголиков — большие мастера в создании своего внешнего образа: они стремятся убедить окружающих, что у них «все в порядке», надеясь одновременно убедить в этом и себя. Положительные внешние изменения не приводят, тем не менее, к преодолению чувства неполноценности. Возникает «синдром самозванца», постоянный страх разоблачения, установления, кто он есть.

Фокусировка на внешнее окружение
Химически зависимые семьи вынашивают мысль, что если выждать достаточно продолжительное время, то все встанет на свои места без принятия определенных мер. Постоянная жизнь в атмосфере стресса, когда превалирует чувство беспомощности, приводит к мысли о том, что не стоит что-либо менять, так как ни к чему хорошему это не приведет.
Члены семьи очень редко в состоянии определить приоритеты.
Даже когда дети считают, что что-то можно сделать и добиться изменений, и выражают свое недовольство родителями, модель пассивности остается врезавшейся в их сознание, и будет прослеживаться при решении проблем в их уже взрослой жизни.
Взрослые дети алкоголиков считают себя жертвами обстоятельств, не способными контролировать события жизни.
Решение проблем взаимоотношений видится взрослым детям алкоголиков в желании другого человека измениться. Они не способны видеть, что их собственная реакция на проблему может лишь усилить стрессовую ситуацию. Они уверены, что не могут управлять своими мыслями или чувствами и поэтому должны реагировать автоматически, раздражаясь, обвиняя и угрожая всякий раз, когда другие «провоцируют» их.
Каждое утро взрослые дети алкоголиков оценивают предстоящий день по поступкам, мыслям, чувствам других людей и вообще по тому, «как идут дела». Их часто называют «сверхбдительными» за постоянное проявление исключительного интереса ко всему, за способность улавливать малейшие внешние признаки, например, выражения лиц, психологическую атмосферу комнаты и т.п. Такая способность развивается в силу необходимости в семье алкоголика, где моральный климат полностью зависит от того, что алкоголик делает или что он делал вчера вечером. Фокус на внешнее окружение в химически зависимых семьях приводит к тому, что взрослые дети алкоголиков живут реакциями на окружающий мир, и их чувства и принимаемые решения часто зависят от этого. Они искренне заблуждаются, полагая, что, когда «обстановка» измениться, у них все будет хорошо.

Неспособность идентифицировать или выразить чувства
Научиться различать чувства и выражать их уместным образом можно лишь в результате тренировок или моделирования в семье. Когда такая возможность в семье отсутствует или, еще хуже, обстановка агрессивна, дети усваивают определенные модели поведения.
Взрослые дети алкоголиков могут думать о чувствах и могут научиться их развивать путем имитирования реакций и поведения других людей. Они могут точно знать, что они должны чувствовать и даже как реагировать при этом, но в действительности, сами не чувствуют в полном смысле этого слова. Со временем они становятся замкнутыми, теряют контакт со своим внутренним миром. Взрослые дети алкоголиков могут хорошо понимать других страдающих людей и даже помогать им, но оказываются не в состоянии справиться со своими переживаниями.
Некоторые взрослые дети алкоголиков как бы дают себе разрешение выражать определенные чувства, например, раздражение, ранимость, печаль и т.д.
Женщины обычно избегают гнева, они позволяют себе рыдать, но никогда не выражают ярости.
Неспособность определять и выражать чувства приводит к бесплодным попыткам в интимной сфере. Если вы знаете, как я чувствую, вы знаете меня. Если я не знаю, как я чувствую, и даже если я знаю, но не могу рассказать вам, мы никогда не будем способны соединиться интимным образом. Взрослые дети алкоголиков чувствуют себя хорошо лишь с теми, кто имеет такой же или похожий уровень способности чувствовать.

Неспособность попросить помощь
В химически зависимых семьях существует закон жизни: если ты не позаботишься о себе сам, то никто о тебе не позаботится. Детям становится ясно, что у родителей не остается для них ни душевных, ни физических сил.
Став взрослыми, дети алкоголиков не могут надеяться на то, что другие желают им помочь, и становятся неспособными сами просить помощи у других даже в таких простых случаях, как подвезти на работу или получить чашку кофе. В то же время они обязательны в отношении помощи другим, даже когда нет необходимости или люди не заслуживают этого. Такая модель поведения, когда избегаются любые разговоры о помощи в связи с личными трудностями, ведет к обострению проблем и необходимости дальнейшего отрицания. Не имеет значения, большие это или маленькие проблемы, реакция детей алкоголиков одинакова.

Экстремальное мышление
Эта черта касается способности принимать решения, рассматривать альтернативы и соответственно действовать в трудных ситуациях. Наиболее типичная реакция на повседневные проблемы в семьях алкоголиков: «этого не происходит». Такая тенденция ведет к тому, что проблема откладывается до тех пор, пока она не станет еще острее, и ее нельзя уже избежать.
Когда кризисная ситуация неизбежна, то процесс принятия решения и последующих действий главным образом сводится к поиску виновного, а затем наблюдается либо чрезмерная активность, либо почти полная пассивность. Экстремальное мышление приводит к тому, что члены семьи или ничего не делают вообще, или принимают абсурдные решения.

Этот далеко неполный перечень характерных черт дает возможность представить те трудности, с которыми сталкиваются взрослые дети алкоголиков. Они влияют на семьи, которые создают взрослые дети алкоголиков.

Список характерных особенностей взрослых детей алкоголиков (по материалам группы программы ВДА в Интернете)

• Пытаются отгадать, что такое норма
а) мне трудно себе представить, что нормально и правильно во взаимоотношениях между людьми;
б) мне трудно определить, что в жизни нормально, а что нет;

• Испытывают трудности с доведением своих дел до конца
а) часто случается, что не смотря на огромный энтузиазм, с которым я берусь за какое-то дело, впоследствии я оставляю его не оконченным;

• Лгут в ситуациях, когда с таким же успехом могли бы сказать правду
а) я склонен говорить не то, что думаю;
б) случается, что я непроизвольно лгу, хотя в этом нет смысла;

• Низко себя ценят и плохо к себе относятся
а) я готов очень сурово осуждать себя и своё поведение;
б) мне трудно почувствовать свою ценность и важность;

• Испытывают трудность в переживании радости и веселья
а) мне трудно расслабиться и спонтанно беззаботно веселиться;
б) во время веселья я начинаю контролировать своё поведение, или вдруг меня охватывает тоска;

• Относятся к себе слишком серьёзно

• Испытывают трудности в установлении близких отношений
а) я боюсь, что близкие, сильные отношения с другим человеком могут повлиять на меня так, что я в них потеряю самого себя;
б) боюсь, что я могу внутренне перегореть в близких отношениях;

• Чрезмерно реагируют на перемены, которые не могут контролировать
а) я отношусь с огромным напряжением и беспокойством к переменам, на которые не могу повлиять;
б) мне трудно приспособиться к переменам, над которыми я не имею контроля;

• Постоянно ищут признания и подтверждения
а) я склонен постоянно искать признание и подтверждение моей значимости;
б) Отношение людей ко мне и моим поступкам является важным критерием моей самооценки;

• Считают, что они отличаются от других
а) я ясно чувствую своё отличие от других людей;
б) мне трудно почувствовать общность с другими людьми, я чувствую, что между нами существует какая-то преграда;

• Несут чрезмерную ответственность или полностью безответственны
а) мне трудно делить ответственность в ситуациях, когда я связан с другими людьми: я или всё принимаю на себя или полностью отстраняюсь;
б) я склонен к крайностям в оценке того, что происходит в моей жизни: иногда я чувствую себя ответственным за всё происходящее, а иногда я думаю, что от меня ничего не зависит;

• Необыкновенно лояльны, даже перед лицом фактов, что другой человек этого не заслуживает
а) я способен к максимальной лояльности, даже по отношению к людям, не заслуживающим её;
б) я остаюсь верным раз взятым на себя обязательствам, даже когда плачу за них чересчур высокую цену;

• Поддаются импульсам
а) я часто делаю что-то опрометчиво, не обращая внимания на последствия;
б) я склонен к принятию необдуманных решений, не принимая во внимание других возможностей;

• Испытывают чувство вины, когда защищают свои права и поэтому часто уступают другим
а) когда я что-то делаю для себя, то чувствую вину, что занимаюсь собой, а не другими;
б) я считаю, что не имею права заниматься собой;

Ознакомьтесь так же:  Чем лечить бронхит пневмония

• Испытывают страх перед другими людьми, а особенно, перед всякого вида властью и начальством
а) мне кажется что, если кто-нибудь познакомится со мной ближе, то потеряет ко мне всякий интерес;

• Испытывают страх перед злостью и скандалами
а) я боюсь конфликтов и раздражения между людьми и стараюсь их избегать;
б) я опасаюсь своего гнева и стараюсь его не показывать;

• Любят вести себя как жертвы
а) я часто попадаю в ситуации, за которые, прежде всего я, плачу огромную цену;
б) я легко оказываюсь в ситуациях, в которых чувствую себя обиженным;

• Очень боятся расставаний и потерь
а) у меня часто появляются мысли, что близкий мне человек может меня покинуть;
б) когда у меня возникают конфликты с близким человеком, то я опасаюсь, что он меня бросит

• Боятся проявлять свои чувства
а) мне не легко открываться перед другими и проявлять свои чувства;
б) я очень осторожен и воздержан в открывании своих личных сфер, т.к. это не безопасно;

• Неумение гармонично развивать отношения с людьми
а) мне очень трудно углублять и поддерживать в гармонии отношения с близкими мне людьми;
б) я склонен входить в личные отношения сразу и на очень глубокий уровень;

• Сильная восприимчивость
а) я очень чувствителен, меня легко обидеть;
б) я знаю некоторые свои сферы, прикосновение к которым приносит сильную боль;

• Страх перед потерей контроля
а) чтобы чувствовать себя безопасно и уверенно, в той ситуации, в которой нахожусь, я должен в значительной мере контролировать её;
б) боюсь, что если я не буду владеть ситуацией, то произойдет что-то плохое;

• Боятся ожидать что-то хорошее
а) я стараюсь не ожидать хороших событий, потому что боюсь разочарований;
б) мечты об удачном ходе событий возбуждают во мне тревогу;

• Низкий уровень доверия к людям
а) мне кажется, что полностью я могу положиться исключительно на себя;
б) Я очень осторожен в отношениях с другими людьми. Нелегко получить моё доверие;

• Склонность получать большее удовлетворение в кризисах и хаосе, чем в спокойной стабильной жизни
а) размеренная повседневная жизнь становится для меня скучной;
б) большее удовлетворение мне приносят кризисы и хаос, чем спокойная стабильная жизнь;

• Склонность видеть мир в чёрно-белых цветах
а) в трудных ситуациях я часто принимаю категорические решения;
б) в кризисной ситуации я всё вижу в чёрно/белом цвете;

• Склонность к отрицанию, чтобы защищать себя
а) когда я вижу опасность, то избегаю размышления о ней, стараясь утвердиться в убеждении, что всё в порядке;
б) когда возрастает моё беспокойство, я не пытаюсь искать его источник, лишь мысленно ограждаюсь от этой трудной ситуации;

• Трудность в отделении любви от жалости
а) я склонен входить в отношения с людьми, которые во мне нуждаются, которым я могу помочь;

• Склонность оставаться в трудных ситуациях дольше, чем другие, несмотря на потери
а) в трудных ситуациях мне трудно определить момент, в котором я уже ничего не могу сделать;
б) мне трудно выйти из трудной ситуации, несмотря на потери;

• Терпение, как следствие долговременной тоски
а) мне хорошо знакомо чувство обессиливающей тоски;
б) иногда мне становится грустно, без видимой причины;

• Страх перед потерей
а) каждое изменение в жизни ассоциируется у меня с потерей;
б) я опасаюсь, что могу потерять что-то очень для меня важное;

• Страх в переживании чувств
а) я чувствую внутренний барьер, не позволяющий мне свободно и полно чувствовать;
б) чувствую, что что-то ограничивает меня в спонтанном выражении чувств;

• Чувство внутреннего принуждения быть сильным и не поддаваться моментам слабости
а) я должен быть готовым к жизненным трудностям и что-то заставляет меня быть твёрдым и стойким;
б) я не могу позволить себе моменты слабости;

• Легко попадают в зависимость или находят зависимых партнеров
а) я часто делаю вещи, которые мне вредны и, хотя понимаю это, тем не менее продолжаю этим заниматься.
К ним относятся: курение, употребление алкоголя, обжорство или голодовки, употребление успокаивающих и обезболивающих средств, агрессивное поведение, специфические сексуальные привычки, обгрызание ногтей, терзающее мышление, утомительные привычки в повседневной жизни (уборка, частое мытье).

Психологические и внешние признаки детей из семей алкоголиков

Все малыши, рожденные в семьях наркоманов и алкоголиков, разные. Но пагубное пристрастие родителей накладывает отпечаток на их дальнейшую жизнь. Их дети имеют как внешние отличительные признаки, так и особенности на психическом уровне. Однако не всегда в семьях, где отец и мать злоупотребляют алкоголем, ребенок рождается с явными признаками уродства. Тем не менее, согласно статистике, таким детям сложно нормально жить и общаться, они склонны к безбрачию, наркомании и, соответственно, алкоголизму.

Внешние особенности

Врожденные внешние дефекты проявляются в следующем:

  • недостатки твердого, мягкого неба, а также верхней губы;
  • утонченная нижняя губа и маленькая верхняя челюсть;
  • слабовыраженная носогубная складка;
  • зауженные глаза с ярко выраженным верхним веком;
  • нос приплюснутый и широкий.

На фото выше видно, какие дети рождаются у алкоголиков.

Особенности ребенка алкоголиков

Кроме того, у нарко- и алкозависимых, ребенок может родиться глухим, немым или слепым. У него даже могут отсутствовать какие-либо части тела.

Главный признак — отставание в развитии, как в физическом, так и в умственном плане. У алкоголиков крайне редко рождаются здоровые дети.

Психические особенности

Помимо косметических дефектов, они имеют отклонения на уровне психики:

Низкая самооценка

Естественно, ни один ребенок не будет гордиться тем, что его родители алкоголики. Если в семье выпивает, например, только муж, то это не так ужасно. Малыш хоть как-то защищен одним родственником. Но ситуация перерастает в катастрофу, когда спиртным злоупотребляют оба родителя. Мало того что жить в такой семье невыносимо, так еще начинаются пересуды окружающих.

Маленький человек начинает ощущать себя «второсортным», у него существенно падает самооценка. А ждать помощи от алкоголика отца или пьющей матери не имеет смысла.

Скрытность в общении

Редко родители, которые злоупотребляют спиртным выглядят хорошо. Ребенок не может привести в гости друзей, потому что стесняется. К тому же в квартире царит «вечный праздник», редко мать алкоголичка следит за порядком в доме.

Неспособность сказать слово «нет»

Родившиеся в неблагополучных семьях, не могут отказать окружающим людям. Психология объясняет это тем, что пьющий родитель (особенно мужчина) под воздействием «зеленого змея» становится очень агрессивным.

В итоге, дети живут в постоянном страхе, бояться отказать в чем-либо неадекватному родственнику. Это накладывает сильный отпечаток в будущем. Человек становится «марионеткой» для окружающих.

С детьми алкоголиков очень сложно найти общий язык, они склонны к нарушению закона.

Синдром ВДА

Взрослые дети алкоголиков страдают, так называемой патологией «синдром ВДА». Согласно статистическим данным, 40%-ов населения в Москве, имеют такое нарушение.

Человек, который жил в неблагополучной семье, не способен адаптироваться в социальной группе, агрессивен, внушаем. Выросшие дети наркоманов и алкоголиков, живут по заложенному с младенчества сценарию.

  1. Взрослым детям алкоголиков сложно сделать выбор «второй половины». Окружающие пугаются их неблагоприятной наследственности. К тому же, сами люди, имеющие синдром ВДА бояться повторить жизнь пьющих родителей.
  2. Неспособность реализации себя в роли родителя. Это редко встречается у взрослых детей алкоголиков, но все же, имеет место быть. Человек ведет себя со своим потомством точно так же, как и его родители с ним.
  3. Трудности с работой. Если человек пошел по стопам родителей, ни один работодатель не будет держать его в компании. Такие сотрудники никому не нужны.
  4. Сложные отношения с окружающими людьми. Взрослые дети родителей алкоголиков очень часто врут. Они не доверяют окружающим, либо, напротив, зависят от их мнения. Все это создает довольно сложные взаимоотношения с людьми.

Люди, которые злоупотребляют «зеленым змеем» или наркотиками и рожают при этом, не отказываясь от пристрастия, кормят их грудным молоком, должны задуматься: каким вырастет их сын или дочь. Они не смогут создать семью, построить карьеру. Таким личностям нужно подумать об этом, и отказаться от пагубной привычки ради потомства.

Помощь детям алкоголиков

Чтобы младенец из неблагополучной семьи не вырос с синдромом ВДА, ему нужна как психологическая, так и социальная помощь.

Социальная помощь

Социальная поддержка осуществляется следующими способами:

  • Патронаж. Такое попечительство берет на себя помощь, профилактику и социальную защиту;
  • Психологически-педагогический центр. Такой человек самостоятельно может обратиться за помощью в такое учреждение;
  • Индивидуальное обучение. Дети алкоголиков очень часто отстают в развитии от сверстников. Именно поэтому создана такая программа по обучению;
  • Беседы для предотвращения риска алкоголизма. Медицинские и социальные работники проводят агитацию против употребления спиртного.

Психологическая помощь

Психологическая поддержка осуществляется при помощи следующих методик:

  • САН — опросник «самочувствие-активность-настроение»;
  • Корректировка нервно-психических нарушений;
  • Комплексная терапия (совместная помощь логопеда, терапевта, психотерапевта);
  • Предотвращение проблем с учебой;
  • Терапия «сенсорным коктейлем». Приятная атмосфера, спокойная музыка и прочее, благоприятно воздействуют на психологическое состояние маленького пациента.

Рекомендации специалистов

Врачи рекомендуют придерживаться следующих советов при работе с детьми из неблагополучных семей:

  • не нужно сравнивать их с другими;
  • в начале общения лучше стать для них учителем. И только через какое-то время другом и помощником;
  • корректное отношение. Не заставлять таких детей чувствовать себя человеком «второго сорта»;
    составить график развития согласно возможностям;
  • применять методику «ситуация успеха». Она довольно хорошо стимулирует детей;
  • разумный контроль. Не потакать детям из неблагополучных семей во всем. Должна быть дисциплина.

При помощи поддержки взрослых людей, малыш из семьи алкоголиков способен сформироваться личностью. Психологическое воздействие может помочь справиться с проблемами и начать вести нормальный образ жизни.